Что нужно вам для того, чтобы быть счастливыми? Люди, вещи, книги? Или счастье - это то состояние души, которое не зависит ни от чего?

Upd. Предлагаю просто озвучить то, что необходимо для счастья именно вам и именно в этот момент. Пусть эти ответы станут своеобразной картой желаний. Ведь то желание, которое озвучено, на шаг ближе к исполнению.

Мне хочется весны. Нестерпимо. Непреодолимо. Иногда я чувствую в воздухе весенние нотки. Тогда я начинаю принюхиваться, словно охотничий пёс. Широко раскрыв глаза, мотая головой из стороны в сторону, нервно пританцовывая на месте. Пританцовывая, потому что всё-таки минус, всё-таки зима, всё-таки холодно.
А когда весны хочется аж до слёз, я слушаю Ника Кейва, "The Boatman’s Call ". И тогда весной пахнет совсем нестерпимо. Есть вещи, которые о чём-то напоминают. Этот альбом из таких. Он напоминает о весне. Стерлись события и слова, остались только чувства и запах весны.
И возникает острое ощущение одиночества. Никотиновый голод и желание рыдать в подушку. Так было тогда, и музыка возвращает прошлое, раскрывает его перед глазами, словно старый фотоальбом с чёрно-белыми ещё фотографиями. За окном темно, я сижу на подоконнике и смотрю в окна дома напротив. В наушниках Кейв. Форточка открыта, и сигаретный дым тянется на улицу. А взамен с улицы приходит запах весны. И по коже бегут мурашки, голова кружится, а на глаза наворачиваются слёзы.
То была не самая простая весна в моей жизни.
Сейчас мне уже не так грустно, когда я слушаю этот альбом. Осталось лишь ощущение весеннего ветра и этот дурманящий запах. И вопросы, на которые до сих пор нет ответа.

И снова жизнь становится мозаикой. Раскалывается на кусочки, на части. И тогда становится ясно, как никогда прежде, что иначе и не могло быть. И вспоминается другой день, другой час. Несколько лет назад. То ли зима, то ли лето. Неважно. И вот тот день стал семенем, которое раскрылось, пустило корни в почву моего будущего. И появился росток, и рос внутри меня, но вместе с тем и вокруг меня. Но я не видела его, и не должна была увидеть, потому что так было надо. Всему своё время. А росток стал частью мозаики и заполнил пустоту, для которой и был предназначен. И разве могла я, глядя в эту пустоту и понимая, что именно в этом месте жизнь моя не наполнена, знать, что именно тот день и тот час станут семенем, которое долго будет зреть внутри меня и вокруг меня, а после спасёт меня, удержит на краю истерики. И вот  кружево снова идеально. Мозаика стала ясней. Я почти могу различить изображение. Черта, цветное пятно, что-то похожее на сферу... Я оборачиваюсь назад, нащупываю прошлое, ещё и ещё, день за днём. А вдруг там тоже кусочек мозаики? А вдруг?

Вот вам под Новый Год сказочка. Чтоб поменьше грустили. А лучше, чтоб вообще не грустили))

- 1 -

Ему почему-то было очень грустно. Надо было немедленно что-то делать. И тогда я спросила:

- А ты когда-нибудь летал?

- Летал? Конечно! В Тунис летал, на Мальту летал…

- Да нет же! Не на самолете!

- Хм…В смысле прямо так вот… Ну, как птица что ли?

- Ну да!

- Ммм… Ну если только во сне. Да и то, только когда был совсем маленький.

- Тогда это нам подходит! Предлагаю небольшой, но очень увлекательный полет. В тур включены перелет туда и обратно и моя чудесная болтовня, которая тебе и здесь уже, наверное, надоела.

- Очень заманчивое предложение. А что мне надо делать?

- Абсолютно ничего! Просто дай мне руку. Хотя нет, подожди. Для убедительности, ну и для того, чтобы придать моменту торжественность, ты должен закрыть глаза и произнести какое-нибудь волшебное слово.

- Какое?

- Ну не знаю. Хотя бы «поехали» что ли.

- Рукой махать не обязательно?

- Думаю, можем обойтись без этого.

- Тогда поехали!

- Так, вот давай, пожалуйста, без «тогда». Просто - поехали и все.

- Поехали. И все.

- Ой, всяко остроумно! Ты как всегда в своем репертуаре. Скажи уже, а то крылья так и чешутся. Так и чешутся дать тебе подзатыльник.

- Поехали!

- 2 –

Он все еще боязливо держал меня за руку, хотя давно мог лететь сам. Под нами проплывали облака. Они были разные: вон там заяц, тут дом, а это явно груша. Иногда мы опускались пониже, чтобы посмотреть на землю. А земля была, как лоскутное одеяло. Зеленые, желтые, коричневые, темно-красные и синие лоскутки. Я молчала. Все-таки я прекрасно понимаю, что надо дать человеку время освоиться, привыкнуть к полету. Поговорить мы еще успеем.

Впереди показался город. Разглядеть его пока было довольно сложно, виднелись лишь какие-то смутные очертания. Но я-то точно знала, что там город. И даже целая страна.

- Вон там сейчас появится город.

- Ой, а нас не увидят? А то мы немного странно выглядим…

- Не увидят. Кстати, ты уже можешь не держать меня за руку. А то, честно говоря, мне кажется, что у меня теперь вывихнуто запястье.

- Извини.

И вот под нами раскинулся Город. Радостно заорав, я совершила в воздухе изящный кувырок.

- Эй, ты поосторожней! А то я пока летун неопытный, подхватить вовремя не успею!

- Ничего, зато я опытная! А ты теперь внимательно смотри по сторонам. Тут столько всего интересного.

- Кстати, где это мы? На Европу что-то не очень похоже.

- Обижаешь! Если б я хотела показать тебе Европу, то купила бы билет на самолет! А это, между прочим, самое настоящее Тридевятое царство! Не хухры-мухры!

- Да иди ты!

- Сам иди! Раскомандовался тут! И вообще, вот как не буду ничего рассказывать!

- Ой, нет! Ты рассказывай! Я больше так не буду!

- Ладно уж. Прощаю. Давай-ка присядем вон на то облако, так удобней. Вот смотри, там внизу дом такой красивый, синий.

- Тот, который похож накисточку?

- Ага. Там живет замечательнейший Художник! Про него много чего можно рассказать, но я особенно люблю одну печальную историю со счастливым концом.

- Очень печальную?

- Очень. Можешь приготовить носовой платок.

- А у меня нету.

- Ну, тогда не готовь. Просто слушай. Царством этим руководит жутко серьезный Король. Совершенно бесчувственное создание, надо сказать. Хозяйственник-то он неплохой, конечно. Вот ВВП за три года удвоил, наладил отношения с соседними королевствами, армию приподнял, бюджетникам социальные гарантии всякие дал. Ну и еще много чего. И весь он в работе. Как жениться умудрился – совершенно непонятно. Впрочем, и женился-то на благо государства, на принцессе из Хрустального королевства, которое, как известно, много чем славится. Например, экспортом...

- Дай-ка угадаю! Экспортом хрусталя! - перебил он меня.

- А вот и нет. Они экспортируют молодильные яблоки. Ну так вот. У Короля был сын…

- Был? И вообще, при чем тут Художник?

- Не перебивай меня. А то рычать буду. Ну, так вот. Был у Короля сын, как и полагается, прекрасный Принц. Умный, красивый, добрый. Завидный жених, короче говоря. Естественно, все дамочки по нему сохли. Ну, а он, как и положено во всяческих сказках, ходил и искал ту самую Единственную. Надо сказать, Принц был весьма начитанный, а потому, чего только не перепробовал на тернистом пути поиска возлюбленной. И туфельки он искал, и всех спящих перецеловал, и гороха целую грядку вырастил на всякий случай. И это только в детстве! Ну, пока сказки читал. А как повзрослел и перешел на серьезную литературу, так вообще от него покоя не стало. Такое поле для деятельности… Тут ведь и романтическая традиция… Впрочем, об этом сейчас не будем.

Юный Принц постоянно требовал от отца командировок в заморские страны за разными совершенно ненужными государству предметами. Ну, то за сапогами-скороходами, то за живой водой, а то еще за какой-нибудь ерундой вроде ковра-самолёта. Король сначала не против был, а потом понял, что сын вместо важных государственных дел занимается вещами куда более интересными, и быстренько устроил его на госслужбу. Но Принцу это особенно не мешало, знаешь ли. Он вдруг вздумал бродить по полям, писать стихи и тренироваться томно вздыхать. И вот, представь себе, в одну из таких прогулок встретил он Пастушку. Ну, конечно же, ее. Все в лучших традициях. И сразу же скажу, что Пастушка, естественно, оказалась благородной барышней, которая вдруг решила пойти в народ. Только Принц об этом не знал и честно втюрился, полагая, что и крестьянки умеют любить. И было у них любимое место для свиданий – белая беседка в самом глухом углу одного из королевских парков. Там они виделись каждый день.

- Ну так это же здорово! Это же совсем не грустная история!

- Подожди еще. Это только начало. У Короля в то время была специальная служба – Королевская Гренадерская Бригада. Один сотрудник этой службы был, как и следует, приставлен к Принцу. Естественно, тайно. И вот, представь себе, этот гад доложил все Королю. Ну, уж если совсем откровенно, то у этого шпиона были свои интересы. Как и положено в любом романе, этот отрицательный персонаж влюбился в положительную героиню и выбил у Короля право жениться на ней. Да чего я тебе такие вещи объясняю, ты ж начитанный, сам всё понимаешь. Значит, опущу подробности. Не буду рассказывать, как Принц в знак протеста посыпал голову пеплом и отправился в паломничество к известному во всем мире священному месту – хрустальному гробу, в котором, согласно поверью, покоилась Великая Сопящая и Храпящая Красавица. Кстати, хрустальная крышка гроба так запотела изнутри, что разглядеть, кто там лежит совершенно невозможно. Но мы сейчас не об этом. Итак, Принц долго странствовал с горя, а Пастушка в это время томилась. Девушка она была образованная и тонко чувствующая, поэтому отказывалась принимать пищу, разговаривать и вообще куда-то выходить. А так и исчезнуть совсем не долго. Вот Пастушка наша и исчезла постепенно. Просто растаяла в воздухе в один прекрасный день и всё тут.

- И что же потом? Вернулся Принц и воскресил её?

- Нет. Не воскресил. Это может сделать только Белый Старец, который живет на Зеленой горе. А его никто позвать не догадался. А Принц, вернувшийся на родину, долго места себе не находил. И вот тут – тадам! - появился Художник.

- Ну и что он мог сделать? Пастушки-то уже не было!

- Все художники немного волшебники. А этот так вообще самый настоящий маг! Он предложил Принцу свою помощь, сказал, что может отправить его туда, где сейчас обитает его замечательная Пастушка. Конечно, Принц согласился. И тогда Художник заперся в своей мастерской на целый месяц. Впрочем, несколько раз он всё-таки выходил из неё. Он ходил смотреть на ту беседку, в которой встречались Принц и Пастушка. И вот ровно через месяц после разговора с Принцем Художник пришёл во дворец, да не один, а с целой толпой гномов, которые тащили огромную картину. Гномы поставили картину прямо перед Принцем, и Художник сам снял с неё белую бумагу, которая закрывала изображение. На картине был нарисован тот самый заброшенный уголок дворцового парка с белой беседкой. Всё было так натурально! Деревья на картине в точности повторяли настоящие, живые деревья, даже листьев на них было ровно столько же, сколько тогда было на деревьях. Беседка тоже была, как настоящая. Все колонны, царапинки, места, где краска выцвела на солнце – всё это было совершенно натуральное! Но что самое удивительное, так это то, что в беседке сидела Пастушка! Она, улыбаясь, смотрела прямо на Принца и была как живая. Принц долго разглядывал картину молча. А потом понял, чего ждёт от него Художник. Тогда Принц улыбнулся и просто шагнул в картину. А там Пастушка уже бежала к нему на встречу. Вот так заканчивается эта печальная история со счастливым концом.

- И что же, они так и остались жить в картине?

- Да нет же! Глупости какие! Картина была просто дверью в другой мир, где они и живут себе припеваючи до сих пор. А картина висит в личном кабинете Короля. Иногда Принц приходит в гости к отцу, чтобы поболтать, ну и заодно поведать ему чужие государственные тайны. Принц ведь теперь спокойно может путешествовать из картины в картину. Вот и шастает по кабинетам всех министров других королевств, всякие тайны выведывает.

Он только хмыкнул в ответ и отвернулся. И мы полетели дальше.


Продолжение следует.

Ах, дорогие друзья, весьма грустно признавать, но я всё-таки женщина, а не киборг. Да-да, я понимаю, клеймите меня позором, смейтесь и всячески издевайтесь. К тому же я не просто женщина, но ещё и блондинка. Натуральная. Нет-нет, пугаться и хвататься за голову рано, я не умудрилась попасть в очередную историю, я не сломала никакую из своих драгоценных косточек, не угодила опять в больницу и не уехала-таки в Брянск. А представленные ниже глупости про натуральную блондинистость и женскую сучность сущность – это так, просто размышлизмы в предверии нового года. Так сказать, время собирать камни. Ага.

Я, собственно, о чём. О том, что женщинам и так тяжело, а если ты ещё и натуральная блондинка, затравленная мерзкими стереотипами, то жизнь не жизнь, а просто ахтунг какой-то. Вот, например, нас, блондинок, не ценят на работе и не повышают нам зарплату, мотивируя это непонятно чем. Ну, подумайте сами, как приличной девушке прожить на зарплату в десять тысяч? Причём не евро, а национальной валюты? Вот и я вам говорю, что никак! Поверьте мне, у меня очень много знакомых приличных девушек! Они не живут на такую зарплату, они выживают. А про себя я вообще молчу. Я к приличным девушкам никакого отношения не имею. Так что я тут не ради себя стараюсь, а ради справедливости на всей земле. Ага.

А справедливости этой, видимо, так и не будет никогда. По крайней мере её сияющий лик не явится лично мне до тех пор, пока малознакомые мужчины будут смотреть на меня с умилением и интересоваться, что там происходит в Доме-2, а очень хорошо знакомые мужчины будут ласково называть меня “глупым тигриком”, “сосисочкой” и “пусиком”. Какой я вам пусик? Я книжки умные читаю. По экономике, юриспруденции и психологии. В качестве развлечения по вечерам перечитываю Овидия, а за обедом листаю Конституцию и доказываю коту, что предложенные поправки – это кремация зачем-то эксгумированного трупа демократии. Ах, да кого я тут пытаюсь убедить... Где мой Космо? И переключите наконец на Дом-2! Ага.

И что в конце концов означают полные ужаса глаза начальника, узнавшего, что я собираюсь на курсы вождения? И почему он, заикаясь, спросил у меня номера машины, на которой я собираюсь ездить, а также те улицы, где я, возможно, буду ездить чаще всего? Что за непонятный скепсис? Я принесу на улицы города красоту и вежливость. И тот факт, что я жуткий мизантроп, мне очень даже поможет. Некрасивых и невежливых на улицах города станет гораздо меньше. Ага.

Да, я женщина. Я имею полное право на: 1. неделю пмс раз в месяц; 2. большую коробку конфет/цветы/открытку/плюшевую игрушку/ещё какую-нибудь ерунду/или всё это вместе в честь самого незначительного юбилея (как то: первая встреча, первый поцелуй, первый раз взялись за руки, первый секс, первый поход в кино, первая совместная поездка на природу, второй-третий-четвёртый-пятый секс, первое признание в любви, etc.); 3. капризы; 4. слёзы; 5. причуды (в том числе и шоколадные тортики); 6. самые странные желания; 7. и на всё остальное, что взбредёт в мою безумную голову. И, поверьте мне, я не перестану капризничать и требовать полного подчинения своей королевской персоне. А те, кто не верит в то, что я Наследница Тёмного и Светлого Престолов, Повелительница Серых долин (La Heritiere du Trones Lugubre et Radieux,  La Moderateur de Valee Gris, не хухры-мухры, между прочим), пусть ужаснутся в тот день, когда мне выдадут права. Ага.

Собственно, мне есть, что ещё сказать вам. Но я уже провижу возмущённые моей наглостью толпы, стоящие с факелами под дверями моего дома и жаждущие пролить мою королевскую кровь. Так что, за сим позвольте раскланяться, ибо мне предстоит ещё очень важная миссия, о коей я пока умолчу.

 

п.с. Ну, а если серьезно, то во френдленте слишком много грустных постов. Так что я позволила себе немножко подурить. Не обращайте внимания.

Безнадёга. Таксист №1.

- Церкви они, блин, строят. Да кому они нужны церкви эти. Охренели совсем. Нет, ну нахера в Детском парке церковь? Бля, да лучше б бассейн детям построили. Вот я, когда маленький был, так бассейн хотел. Не, у нас там был, конечно, но он, ё-моё, один на весь город был. А вам к костёлу надо, да? Вот, бля, костёл ещё этот. Кому оно надо. Лучше б чё-нибудь для людей сделали. А они тока, бля, я извиняюсь, говорить могут. Суки. Ничё не делают. Ничё у нас нет в городе. В гавне живём, я извиняюсь.

Улыбка. Таксист №2.

- Куда мы едем-то? А, понял. Значит, тогда сейчас по прямой, и пока подумаем, как вас туда лучше доставить. Номер дома какой? Понятно. Сейчас, конечно, пробки везде, но мы как-нибудь объедем. Придумаем что-нибудь. На Танкистов и Навашина наверняка пробка. У нас знаете, когда самые пробки начинаются? С половины шестого. Все работу заканчивают и домой торопятся. Правильно, дома ведь хорошо. На трамвае хотели сначала поехать? А почему не поехали? Давление? Это плохо. Из-за погоды, наверное. погода сейчас тяжёлая. У меня вот тоже года два назад начало давление скакать. Неприятная штука. И главное, раньше ведь не было! С чего вдруг началось.

 

Безнадёга. Таксист №1.

- Вот мне сорок пять лет уже. Сорок пять! А чем я занимаюсь? Баранку вот кручу. Об этом что ли я всю жизнь мечтал? А у меня ведь высшее образование. И стаж работы огромный. Я инженер, между прочим. На заводе столько лет проработал. А потом меня оттуда ушли. Ну, помогли мне уволиться, скажем так. Суки они. И ещё кричат, что у них брака на производстве не было никогда. Да там, блин, процентов сорок точно по браку списывали! А ведь делают для машин оборудование! И что? Вон они стоят эти машины, не ездят нихера. Вот и нет у них брака! Суки они. Начальник там думал, что я его подсиживаю. А нахера он мне нужен, козёл этот старый. А у него и зарплата большая была, и пенсия ему светила приличная. Вот и боялся. А у меня зарплата девять тыщ. И как прожить на эти деньги?

 

Улыбка. Таксист №2.

- Я вам так скажу, от давления лучше всего здоровый сон помогает. Вот вы, наверное, не высыпаетесь совсем. Отсюда и всё давление. Вон уже и пробка началась. Видите, там светофор поставили, а то раньше там главная была и совсем не пропускали. Теперь хоть проехать можно. Так что мы успеем, вы не переживайте. Вы не очень торопитесь? А то нам бы заправиться заехать. Ну и отлично. Это мы быстро сейчас.

 

Безнадёга. Таксист №1.

- У меня дочка в институте учится. Получает высшее образование. Кому оно нахер нужно. Вот за неё плачу. И за квартиру плачу. Мы с бабулькой живём. А жена от нас ушла. Так вот жизнь сложилась. Дочка со мной живёт. Вот девять тыщ получил. Четыре сразу за институт отдал. Пять осталось. Из них половину за квартиру. И на что жить? А есть ведь надо что-то. Ну вот теперь такси гоняю. Только всё равно денег нет. А тут ещё кризис этот. На такси совсем ездить перестали. На автобусе хотели? Да где ж в такое время автобус найти, они не ходят уже.

Улыбка. Таксист №2.

- А бензин-то опять подешевел! Ну надо же! Приятный сюрприз! Интересно, а ещё сильней подешевеет? Или нет уже? О! И пробка как раз рассосалась уже! Ну вот видите, как всё удачно! Сейчас за пять минут домчу вас до места. Тут уже недалеко. Я в этом районе живу, так что всё знаю. Вот сейчас мы перекрёсток проедем. И там прямо сразу будет дом, который вам нужен. Вот, собственно, и он! Удачного вам вечера!

 

Не можешь изменить жизнь, измени своё отношение к ней – так легко сказать, но до чего же сложно сделать...

И всё-таки я никогда не найду своего места в жизни.

Тайра стояла в самом центре снежной вьюги. Ветер хлестал по лицу, душил и шумел так сильно, что Тайра не могла слышать даже собственные мысли. Снежинки были острые, как лезвие ножа, они царапали лицо, оставляли на щеках глубокие красные дорожки. За плотной завесой снега было очень сложно разглядеть хоть что-то. Казалось, что за стеной вьюги нет больше ничего, мир пропал, испарился, и во всей Вселенной есть только Тайра в центре снежной бури. Больше всего ей сейчас хотелось остановить снег, сбежать из закрутившегося вокруг неё урагана. Но выход был только один – ждать.

«Не борись со Временем, не борись, - повторяла про себя Тайра. – Время сильнее, оно раздавит тебя, как букашку, и даже не заметит».

Ветер с такой силой бросал снег в лицо Тайре, что ей невыносимо сложно было дышать. Сам воздух был колючий и холодный, опускаясь в лёгкие, он причинял боль всему телу, раздирал его изнутри. Эта пытка длилась уже так много часов, что Тайра даже не представляла, существует ли что-то за пределами вьюги. В какой-то момент она перестала чувствовать собственную кожу - теперь снежинки-кинжалы раздирали бесчувственную оболочку.

«Всё заканчивается. Всё рано или поздно заканчивается, - Тайра повторяла свою волшебную мантру уже в сотый раз. – Всё заканчивается, и хорошее, и плохое». Тайра, как никто, знала, что со Временем нельзя бороться и что в тот момент, когда ты отказываешься от борьбы и отдаёшься течению, Время становится твоим союзником. Но сейчас что-то внутри Тайры не позволяло ей полностью отказаться от сопротивления. Старые обиды, злость, разочарование – всё собралось в одну большую занозу, которую Тайра никак не могла вынуть.

«Всё заканчивается, - твердила Тайра. – И это закончится. Нельзя бороться со Временем». Тайра старалась дышать глубоко и спокойно. И постепенно снежная вьюга вокруг неё начала отступать, а сквозь неё становился виден осенний город, измученный дождями и пасмурным небом. Время вздохнуло совсем рядом и мягким урчащим котом, устроилось у Тайры на плече. «Когда ты перестаёшь бороться со Временем, оно становиться твоим союзником», - прошептала Тайра. Но что-то по-прежнему неприятно кололо сердце, словно жестокий снег, исчезнув из окружающего Тайру мира, перебрался туда.

«Отпусти,  - пробормотало Время. – Просто отпусти». Время говорило медленно, с чувством. Оно знало цену словам, понимало, как драгоценно слово, как много может оно и как велика его власть. «Отпусти, - прошептало Время. – Если ты сильная, ты сможешь, а если нет – то грош цена твоей силе». Но Тайра чувствовала, как крепко держат обиды и разочарования. Она ничего не могла с этим поделать. Впрочем нет, могла, но просто не хотела.

Время знало всё наперед, Время понимало, что ничего не изменить. Но всё равно твердило оно одни и те же слова – «отпусти, отпусти». «Возьми на радость из моих ладоней немного солнца и немного меда», - шептало Время, заглядывая Тайре в глаза и протягивая к ней руки. Когда-то один сильный человек уже забрал у Времени эти слова, сказал их миру, и мир услышал. «Не превозмочь в дремучей жизни страха, - ответила Тайра. – Не превозмочь».

Она не отпустит и не простит. Время вздохнуло и рассыпалось в воздухе серебристой пылью. Время падало Тайре под ноги, но она уже не видела этого .Она шла вперёд. «День - недолог, а путь мой так длин»...

Всем прекрасно известно, какой я большой тормоз. Имя своему коту я начала придумывать, когда кошка Ника ещё была беременна. Естественно, имени я так и не придумала. Сегодня забираю котёнка. Буду звать его Эй,ты, пока Муза Кошачьих Имён не посетит меня и не натолкнёт на гениальную мысль. Так что, опоздав всего лишь на три месяца, я торжественно объявляю конкурс кошачьих имён! Спасите, пожалуйста, человека с полным отсутствием фантазии! Помогите придумать имя коту! Век не забуду, как говорится))))